Овнатан Нагаш

Овната́н Нага́ш (арм. Հովնաթան Նաղաշ) (Нагаш от перс. — художник; 1661, село Шорот Агулисской области, —1722, там же) — армянский художник, поэт, основатель знаменитого рода художников Овнатанян.

Биография

Жил в Вагаршапате (Эчмиадзине) и Ереване, ему и его сыновьям принадлежит роспись интерьера Эчмиадзинского кафедрального собора, выполненная к 1721 году. В 1710 переехал в Тифлис, где помимо должности художника стал ещё и придворным ашугом. Овнатан Нагаш является автором более ста сатирических, застольных, назидательных песен.

Naghash_Hovnatan2 King_Tiridates_with_his_wife_Ashkhen_and_sister_Khosrovidukht_by_Naghash_Hovnatan

В 1983 году в Ереване издан сборник его стихов на армянском языке.

https://ru.wikipedia.org/wiki/Овнатан_Нагаш

Стихи

Песня любви

Зажегся нынче новый свет:
От милой слышал я привет,
Расцвел в душе весенний цвет.
Ведь я — изгнан! Не наноси мне новых ран, о мой султан!

Когда любовь так разлилась,
Как жить, от милого таясь?
Тебе внемлю я, веселясь.
Ведь я — изгнан! Не наноси мне новых ран, о мой султан!

Когда в мой дом вошла ты вдруг,
Твоих речей вкусил я звук,
И выпало перо из рук.
Ведь я — изгнан! Не наноси мне новых ран, о мой султан!

Не лги мне, золото надев!
Твоих младых грудей, созрев,
Малы шамамы, как у дев.
Ведь я — изгнан! Не наноси мне новых ран, о мой султан!

Откроем дверцу, вступим в сад…
Рукой сжать грудь твою я рад,
Бери цветок, а я — гранат.
Ведь я — изгнан! Не наноси мне новых ран, о мой султан!

Здесь на ковре средь луговин
Расставим мы кувшины вин…
Целуй, и да цветет твой сын!
Ведь я — изгнан! Не наноси мне новых ран, о мой султан!

Играй и мне цветы бросай!
С груди руки не отгоняй,
Дай сжать, души не отнимай.
Ведь я — изгнан! Не наноси мне новых ран, о мой султан!

Тобою мне цветочек дан.
Вина ты выпила, я — пьян,
Сожжен любовью Овнатан!
Ведь я — изгнан! Не наноси мне новых ран, о мой султан!

Нет покоя мне

Я нарядною тебя видел на заре,
Ты мой разум отняла, нет покоя мне!
Вся ты в золоте была, в перлах, в янтаре,
Ты мой разум отняла, нет покоя мне!

Лоб твой бел, твое лицо — розы лепесток,
Левой ручкой протяни, подари цветок,
Сахар я тебе припас и медовый сок.
Ты мой разум отняла, нет покоя мне!

Зеркала — твои глаза, золото — мечи,
Сумрак шелковых ресниц — стрелы и лучи,
Горн — душа моя, огни страсти горячи,
Ты мой разум отняла, нет покоя мне!

Полумесяц — бровь твоя, косы — черный мак!
От любви я не рыдать не могу никак,
Да погибнет, пропадет наш разлучник-враг!
Ты мой разум отняла, нет покоя мне!

Сладкозвучный твой язык — соловей ночной,
Гиацинт в руке твоей и вино в другой!
С родинкой твое лицо — роза под росой.
Ты мой разум отняла, нет покоя мне!

Сядем здесь под деревцом, будем рвать миндаль,
Груди у тебя — шамам, не вкусить их жаль.
На тебя гляжу — душа улетает вдаль.
Ты мой разум отняла, нет покоя мне!

Кипарис — твой стан, в кудрях золото при дне,
Дай на стройный стан упасть золотой волне.
Долго ль осужден Нагаш изнывать в огне?
Ты мой разум отняла, нет покоя мне!

Милая, сжалься!

Ты мне сказала: «Настала весна».
Милая, сжалься!
«В час, когда розу осветит луна,
Выйду я в сад, грудь открыв и одна».
Милая, сжалься!
Вечером выйди в сияющий сад!
Розы струят аромат.

Розу тебе с письмецом я пошлю.
Милая, сжалься!
В нем расскажу, как тебя я люблю.
Выйди с мазой и с араком, молю!
Милая, сжалься!
Вечером выйди в сияющий сад!
Розы струят аромат.

Лик твой прекрасней, чем тысячи роз,
Милая, сжалься!
Лик твой прекрасен в уборе волос.
Ветер весны благовонья принес,—
Милая, сжалься!
Вечером выйди в сияющий сад!
Розы струят аромат.

Лик твой прекрасней, чем розы весной.
Милая, сжалься!
Как соловей, я пою под луной:
Милая, сжалься хоть раз надо мной!
Милая, сжалься!
Вечером выйди в сияющий сад!
Розы струят аромат.

В косы вплети украшения роз.
Милая, сжалься!
Выйди исполнить желания грез,
Вылечить муки, что я перенес!
Милая, сжалься!
Вечером выйди в сияющий сад!
Розы струят аромат.

Моя возлюбленная

Предо мной сейчас ты прошла.
У тебя глаза — зеркала.
Косы — золото, брови — мгла.
Тебе — хвала.
Радуюсь я, роза моя, песнь соловья!

Кипарис мой! Пускай, как в грот,
Ты язык погрузишь в мой рот.
Кос твоих я вкушаю мед.
Мой дух поет.
Радуюсь я, фиалка моя, песнь соловья!

В баню ты направляешь путь.
Мне к шамамам позволь прильнуть,
Их ласкать. Милосердна будь,
Открой мне грудь.
Радуюсь я, роза моя, песнь соловья!

Осень. Листья дерев желты.
Увядают в садах цветы.
Разве клятвы твои пусты?
Не любишь ты?
Мучаюсь я, фиалка моя, песнь соловья!

Избегаешь меня сама.
Ни привета, ни письма.
Сердце в пламени. В мыслях тьма.
Схожу с ума.
Мучаюсь я, роза моя, песнь соловья!

От любви я всю жизнь забыл.
Вот я болен стал и уныл.
Как уйти от тебя,— нет сил.
Мне мир не мил.
Мучаюсь я, фиалка моя, песнь соловья!

Поразил меня образ твой.
Слышу твой голос — сам не свой.
Рядом сядь. Говори со мной.
Слух радуй мой.
Радуюсь я, роза моя, песнь соловья!

Жертвой стал я, твоим рабом.
Солнце в небе ты голубом.
Я пою, ты играй. Потом
Мы в сад пойдем.
Радуюсь я, фиалка моя, песнь соловья!

Я бродил. Много видел стран,
Я чужим вошел в этот стан.
Ты пришла. С глаз упал туман.
Я счастьем пьян.
Радуюсь я, роза моя, песнь соловья!

Кормчий я. Ты — ладья. Сейчас
Враг следит, зорок вражий глаз.
Если бы ветер попутный нас
От злобы спас!
Позволил бы хан, и конь-ураган умчал бы в наш стан.
Радуюсь я, фиалка моя, песнь соловья!

Овнатан с любовью знаком.
Сад грудей не прячь под платком,
Я садовник в саду таком.
К обеим влеком, одну васильком зову, а другую — лилеи цветком.
Радуюсь я, роза моя, песнь соловья!

Жестокий друг

Луной для меня взошла она.
Спокойно глядит она, нежна.
И бровь у нее, как ночь, черна.
Жду тебя, жестокий друг,
Ты моя, жестокий друг!
Майоран степей — волна кудрей,
Ароматы мяты — грудь нежней,
А на шее блещет нить камней.
Я тоскую, жестокий друг!
Дай поцелую, жестокий друг!
Ты стан обвила косой тугой,
Персты восковой сквозят свечой.
Фиал не бери своей рукой,—
Я подам, жестокий друг,
Пьян я сам, жестокий друг!
В кольце у тебя рубин так ал…
Твой стан — золотой литой шандал.
Тебе по-ирански я б сказал:
«Ек буса бте», жестокий друг,
Жизнь в мечте, жестокий друг!
На кровле твоей живут цветы,
Гвоздику воткнув, яблоко ты
Послала мне и свои мечты.
Лейли, джунун, жестокий друг,
Я твой Меджнун, жестокий друг!
Забыл я о книгах мудреца,
Весь день на тебя смотрел с крыльца,—
И полному счастью нет конца.
Я влюблен, жестокий друг,
Я пленен, жестокий друг!
Ты мне писала своей рукой.
Гвоздика и сахар — подарок твой,
Ты лечишь ими мой дух больной.
Я страдал, жестокий друг,
И веселым стал, жестокий друг!
Она говорила: «Художник ты,
А брови мои тонки, чисты,
Изобрази же мои черты!»
Лишенный сил, жестокий друг,
Я кисть водил, жестокий друг!
«Он дома,— спросила,— художник мой?
Письмо пусть напишет своей рукой
И тайно пошлет мне ночной порой».
Спешу писать, жестокий друг,
Кладу печать, жестокий друг!
Рука посланье тебе ведет,
Любовных сердце полно забот,
А царь Вахтанг уж за мною шлет.
Забыть тебя, жестокий друг,
Не быть с тобой, жестокий друг!
Ты говорила: пиши обо всем,
И я писал на листе цветном
И завязал золотым шнуром.
Вот возьми, жестокий друг,
Все прими, жестокий друг!
Она сказала в ответ письму:
«Пускай он будет в своем дому,
И я, быть может, приду к нему».
Как я жду, жестокий друг,
Я в бреду, жестокий друг!
В субботу пришла в мое жилье.
Перо гусиное у нее.
Она написала имя мое.
Меня сама, жестокий друг,
Свела ты с ума, жестокий друг!
Стал я рисовать без дальних слов.
Она сказала: «Портрет готов,
Но дай мне в руки букет цветов».
Вот букет, жестокий друг,
Ты — мой свет, жестокий друг!
Суд твой жесток — уж много дней;
Все мне прости иль меня убей,
Если ты врач, лечи скорей.
Душно в груди, жестокий друг,
Что впереди, жестокий друг!
Мне передали твой ответ —
Эти слова: «Овнатан, привет,
Знай, я исполню свой обет».
Слово твое, жестокий друг,
Счастье мое, жестокий друг!

Песнь о грузинских красавицах

Тифлис, хвала тебе, хвала!
Твоим красотам нет числа!
Любая дочь твоя мила —
Кому грузинки не понравятся?

Природных бань твоих тепло
Их, белогрудых, привлекло.
Как плещутся — в глазах светло!
Врастана дивные красавицы.

Их лица как цветы в саду.
На них взглянуть, с ума сойду.
Хотя сулят они беду —
Кому грузинки не понравятся?

Их брови загнуты дугой.
В глазах чудесный луч такой!
И носят пояс дорогой
Врастана дивные красавицы.

Их косы чудно сплетены.
Их лица сладостней луны.
Неописуемо нежны —
Кому грузинки не понравятся?

Сходясь, поют и пляшут вмиг,
А как вкусны слова у них!
Пьют из пиалов золотых
Врастана дивные красавицы.

Пройдут, как павы,— смотришь вслед
И оторваться силы нет!
От них исходит звездный свет —
Кому грузинки не понравятся?

Одеты в бархат и шелка,
Они взирают свысока,
Свежей, чем зелень цветника,
Врастана дивные красавицы.

Могучих дочери, они
Достойны славы искони.
Пред ними голову склони!
Кому грузинки не понравятся?

Я — океан греха, Нагаш,
Плененный вами! О, когда ж
Смогу воспеть я облик ваш,
Врастана дивные красавицы?

Песня весны и радости

Пришла весна. Блистает солнца круг.
Растаял лед, теплом повеял юг.
Цветут сады и зеленеет луг.
Мы пьем вино, мы славим миг услад.
Поможет бог, и все пойдет на лад.

В тени ветвей цветущих отдохнем;
Вино горит сверкающим огнем,
И лепестки, слетев, белеют в нем.
Мы пьем вино, мы славим миг услад.
Поможет бог, и все пойдет на лад.

Как знать, что нам пошлет навстречу рок;
Людская жизнь — что полевой цветок;
Сейчас в цвету, а завтра он поблек.
Мы пьем вино, мы славим миг услад,
Поможет бог, и все пойдет на лад.

Весна, и свет, и пасхи благодать…
Фиалкам цвесть, и розам цвесть опять,
Песнь соловья нам сладко услыхать.
Мы пьем вино, мы славим миг услад.
Поможет бог, и все пойдет на лад.

Подвинь сюда наполненный сосуд,
Барашка пусть на блюде принесут;
В котле пилав, миндаль, гвоздики тут…
Мы пьем вино, мы славим миг услад.
Поможет бог, и все пойдет на лад.

Журчит ручей, и зелень тешит взгляд,
Мы пьем вино, мы сели дружно в ряд,
И розы пусть подарит брату брат.
Мы пьем вино, мы славим миг услад.
Поможет бог, и все пойдет на лад.

Достойно пить — без выкриков и ссор.
Кто шумно пьет, тому, друзья, позор!
Мы мирно пьем, и только весел взор.
Мы пьем вино, мы славим миг услад.
Поможет бог, и все пойдет на лад.

Плачь, Овнатан, ты во грехах погряз.
Непрочно все, что в мире тешит глаз.
Так будем пить,— веселья краток час!
Творцу хвала, пусть он не взыщет с нас.