Языковые приоритеты республики Бурятия: система образования

Анализ современных языковых ситуаций в различных регионах России показывает достаточно существенные трансформации, происходящие как во внутренних, так и во внешних условиях функционирования того или иного языка, что во многом обусловлено процессами глобализации, урбанизации, и, отчасти, принятием языкового законодательства в национальных регионах. Однако особый интерес вызывает специфика изменений языковых ситуаций в ее приграничных регионах. Известно, что на состояние некоторых из них существенное влияние оказывают родственные языки, функционирующие в качестве государственных в соседних странах, например, финский, родственный карельскому языку, популярен в Республике Карелия и преподается там во многих школах. К сожалению, в Бурятии, граничащей с Монголией, соответственно родственный монгольский язык не настолько престижен и, фактически, не отражен в ее системе образования. Однако, общеизвестно, что в последние годы значительно повысился неофициальный образовательный статус китайского языка, государственного языка страны, экономическое и политическое влияние которой все более усиливается в мире. То есть, очевидно, что на языковые ситуации и, в частности, на систему образования существенное влияние оказывают экономическое и политическое состояние соседних государств, иногда и исторические связи с ними.

Современная языковая ситуация в Республике Бурятия характеризуется тем, что ее основными компонентами являются русский и бурятский языки. В связи с тем, что в республике наблюдается демографическое неравновесие, это отражается и на языковой ситуации: русский язык обладает большей демографической мощностью, 99,7% жителей владеют русским языком. Только 13,7% населения владеет вторым государственным языком, бурятским (в 2002 г. было 23,6%). За последнее десятилетие существенно снизилась доля владеющих родным языком среди самих бурят с 81,4% до 43,6% (по данным переписи 2010 г.).

Коммуникативная мощность бурятского языка также постепенно снижается. Поскольку основная масса бурят и представителей других национальностей, не говоря уже о русских, русскоязычна во всех сферах общения, а образование, социальное продвижение зависят от знания русского языка, количество сфер использования бурятского языка существенно уменьшилось. Практически, более или менее активно он используется в семейно-бытовой сфере, сфере художественного творчества, религии, культуре, образовании, сельском хозяйстве, средствах массовой информации, книгопечатании. При этом здесь он обладает неполной взаимодополняющей функцией. Сокращение количества сфер его использования связано с тем, что он не востребован в таких значимых для общества сферах жизнедеятельности как государственное управление, делопроизводство, промышленность, наука, торговля, сфера обслуживания.

Известно, что использование языка молодым поколением является одним из показателей витальности языка, наряду с количеством говорящих на этом языке, их соотношением с общей численностью данной этнической группы, наличием правовой поддержки. Но, как показывают последняя перепись населения 2010 г. [Национальный состав, 2010] и результаты проводимых социолингвистических обследований [Дырхеева, Будаев, Бажеева, 1999: 142], в частности, среди студентов и учащихся состояние бурятского языка внушает серьезные опасения, снижается уровень владения родным языком особенно среди молодежи. В связи с этим, очевидно, что большие надежды возлагаются на систему образования, поскольку образование — один из важнейших каналов социализации и подавление этнических особенностей здесь приводит к появлению деэтнизованного поколения, лишенного национального самосознания.

В настоящее время 80% школ Бурятии ввели или вводят изучение бурятского языка независимо от национального состава контингента учащихся, например, в 2011/12 уч. г. в 118 школах (264 учителя и 8596 учащихся) бурятский язык преподавался как родной: четыре–пять часов в неделю с первого по девятый класс. В 218 школах (475 учителя и 60120 учащихся) преподавание шло по программе «бурятский язык как государственный»: два часа в неделю. По сравнению с 2010/11 уч. г. количество изучающих бурятский язык выросло на 3797 чел. В школах введен региональный стандарт и региональный базисный план, введена единая форма экзамена по бурятскому языку: традиционная (для бурятских школ) и в форме тестирования (для русских школ).

Как результат процесса повышения эффективности образования среди бурятского и русского населения изменились ориентации на типы школ с различным языком обучения, вырос показатель предпочтения национальных школ: около 60% русских и бурят хотели бы, чтобы их дети обучались в русскоязычной школе с изучением бурятского языка [Бабушкина, 1997: 25]. В то же время лишь 13,9% бурят ответили, что хотели бы, чтобы их дети получили образование в бурятской школе с изучением русского языка. Среди русских положительно на данный вопрос ответили 2,2% опрошенных. Однако, как показывают результаты переписей, опросы и результаты различных исследований, положение бурятского языка остается критическим.

Необходимость изучения бурятского языка в школе, базисные учебные планы, особенно остро обсуждавшиеся в Бурятии в конце 2013 г. в связи с принятием республиканского Закона об образовании, еще раз показали насколько остро стоит данная проблема, а также то, что необходимо не только найти пути решения проблемы, но и проводить регулярный мониторинг в данной области.

В связи с этим задачей серии исследований, проведенных авторами, являлись, в том числе, анализ языковых предпочтений молодежи при обучении в образовательных учреждениях республики, их отношения к введению после принятия языкового законодательства бурятского языка в программы обучения, оценка эффективности преподавания бурятского языка в школах, ССУЗах и ВУЗах республики. Обследования проводились в 1999–2000 гг. [Дырхеева, 2002: 189] и 2013 г.

Естественно, что при социолингвистическом обследовании предпочтение было отдано преимущественно учебным коллективам со смешанным национальным составом, в которых преподается бурятский язык. В опросе участвовали: в 1999–2000 гг. 1505 чел., из них русских учащихся — 436 чел., в 2013 гг. было опрошено 263 учащихся и студентов, 98 учителей и родителей, из них 141 русский респондент, что предположительно должно было дать ответ на ряд вопросов, связанных с прогнозом межэтнического согласия на уровне языковой ориентации.

Результаты последнего обследования показали, что наиболее значимым фактором, определяющим мнение по вопросу о введении бурятского языка в программу обучения, является национальность, но возраст также играет определенную роль. Так, почти все информанты- буряты (90%) независимо от возраста высказались за необходимость изучать бурятский язык в школе, тогда как мнения русских информантов разделились по возрастному принципу. Если русская молодежь образовала две полярные группы сторонников и противников изучения бурятского языка в школе (45,6% «за» и 41,1% «против»), то среди русских учителей и родителей гораздо больше сторонников тех, кто предпочел более мягкие и взвешенные подходы к решению этой проблемы: «за» — 56,9%, «против » — 19,6%, а 23,5% считают, что изучать язык нужно по желанию.

Как и при прошлом опросе, основной причиной, почему надо изучать бурятский язык является: у бурят — потому что это родной/ национальный язык, у русских учащихся мотивация изучения бурятского языка изменилась: при опросе пятнадцатилетней давности на первом месте стоял ответ «потому что его преподавали (преподают) в школе», теперь большинство ответило «потому что живем в Бурятии».

О степени престижности бурятского языка, его востребованности можно судить по ответам на ряд вопросов. В частности, более 90% лиц бурятской национальности ответили, что они хотели бы, чтобы их дети знали родной язык, 45,6% русских также не против того, чтобы их дети знали бурятский язык.

Среди причин нежелания или невозможности изучать бурятский язык в 2000 г. большинство указало на то, что испытывают трудности в изучении языков, на втором месте стоял ответ, что он им не пригодится в жизни. При этом чаще всего не владеющие бурятским языком сожалели о том, что они его не знают в ситуациях общения с родственниками, друзьями-бурятами. 21,7% респондентов-бурят отметили случаи посещения дацанов и культовых мест, чтения литературы на бурятском языке (14,5%), а 38,1% русских ответили, что таких случаев не было. На втором месте у них стоит вариант «при общении с родственниками, друзьями-бурятами» (27,5%), на третьем — «в общественных местах, на улице, в транспорте, магазинах ». Или можно сказать, что для молодежи наиболее значимой в языковом плане оказалась сфера общения с родственниками, друзьями-бурятами, а для городских старшеклассников — язык СМИ и язык общения при визитах в дацан.

При последнем опросе основным мотивом, высказанным против изучения бурятского языка (как русскими, так и учащимися-бурятами) в школе является то, что он «не пригодится в жизни».

Изменения, обусловленные демократизацией российского общества и глобализационными процессами в мире, коснулись и преподавания иностранных языков в школах и вузах Бурятии. И, если еще в конце 80-х гг. ХХ в. в школах традиционно преподавались английский, французский и немецкий языки, причем, только в одной из них велось углубленное изучение английского языка [Национальный архив: лист 95], то уже в конце 90-х гг. в столице республики в 20 школах, четырех гимназиях и трех лицеях углубленно преподавался английский язык, в двух школах — французский и в двух — немецкий [Национальный архив: дело № 05-17]. В настоящее время из 450 школ РБ, в которых преподаются иностранные языки, 438 отдали предпочтение английскому языку, 24 французскому, 58 — немецкому, два — китайскому, одна — испанскому, т.е. в 16 школах обучаются двум и более иностранным языкам. Из пяти гуманитарных лицеев в четырех лицеях и в трех гуманитарных гимназиях также предпочтение отдано английскому языку [Сведения, 2012/2013].

В конце 90-х гг. впервые в программу обучения в двух лицеях был введен китайский язык. Актуальность изучения восточных языков возросла в последние десятилетия и связана она как с очевидными изменениями в геополитическом пространстве, так и с пониманием имеющихся возможностей и приоритетов приграничья республики с Монголией и Китаем. Соответственно, это нашло отклик и в перестройке вузовской подготовки, появлении новых специальностей, в программу которых включено освоение восточных языков, создании более 20 лет назад Восточного факультета Бурятского государственного университета, где преподаются китайский, корейский, монгольский, тибетский, турецкий и японский языки. При этом можно отметить, что современные выпускники имеют возможность получения образования за рубежом и выбор достаточно часто происходит в пользу вузов Китая и Монголии.

Очевидно, что, как и во всем мире, приоритет среди иностранных языков в преподавании отдан английскому языку, по данным последнего опроса 84,4% всех респондентов ответили, что в школе необходимо изучать английский язык, 32,7% опрошенных учеников и студентов владеет им на бытовом уровне, 31,2% говорит и читает со словарем. Из опрошенных учителей и родителей только 22,4% ответили, что говорят и читают по-английски со словарем, причем большинство предпочли вообще не отвечать на этот вопрос. Из всех остальных иностранных языков ни один, кроме китайского, не смог перешагнуть 10%-й барьер, но и владение китайским на уровне нескольких слов и выражений (13,7% опрошенных), как мы видим, существенно отстает от английского. К сожалению, язык нашего соседа — Монголии — наименее представлен среди иностранных языков: только один человек указал, что он понимает, но не говорит на монгольском. Во-первых, это свидетельствует о невысокой экономической привлекательности этой страны для жителей приграничных областей, во-вторых, жители Бурятии знают, что для общения с монголами можно использовать русский язык. По степени востребованности на втором месте идет группа «другие языки» (39,5% учащихся и студентов), затем французский (36,5%) и далее китайский (28,5%) языки.

Основным мотивом изучения иностранных языков (19,4%) является «общее развитие»; 18,6% опрошенных ответили, что им просто нравится тот или иной язык, что язык красивый и интересный; 7,2% хотели бы выучить иностранный язык «для жизни в других странах»; 6,8% информантов он нужен для путешествий и поездок; 6,1% полагают, что иностранный язык пригодится («в работе и вообще») и т.д. Китайский язык необходимо изучать «потому что это богатая страна», «Китай — ближайшая страна, куда можно легко и быстро съездить», «их много (китайцев)», «чтобы знать, что пишут на товарах и на дошираке», «возможно, поеду в Китай», «полезный язык», «этот язык, так же как и английский, становится международным», «китайский нужен в будущем», «езжу постоянно в Китай» и т.д.

Очевидно, что языковые приоритеты в системе образования меняются и находятся в зависимости для местных языков от языковой политики, проводимой в регионе, а для иностранных языков от мировых глобализационных процессов, которые тесно связаны с экономической составляющей: экономическое благополучие соседних государств является одним из решающих факторов в предпочтении языка изучения и обучения. И можно предположить, что тенденция в преференции изучения китайского языка как иностранного в Бурятии будет в ближайшие годы усиливаться.

Литература

Бабушкина Н.С. Двуязычие: социальный аспект и тенденции (на материалах Республики Бурятия) / Автореф. канд. дисс. Улан-Удэ, 1997. 25 с.
Дырхеева Г.А. Бурятский язык в условиях двуязычия: проблемы функционирования и перспективы развития. Улан-Удэ, 2002. 189 с.
Дырхеева Г.А., Будаев Б.Ж., Бажеева Т.П. Бурятский язык: современное состояние (социолингвистический аспект). Улан-Удэ, 1999. 142 с.
Затеев В.В. Современное бурятское студенчество: изменения в социальном статусе и ценностных установках // Современное положение бурятского народа. Улан-Удэ, 1996. С. 92–97.
Национальный архив Республики Бурятия, ФР-60, опись 1, л. 92.
Национальный архив Республики Бурятия, ФР-60, опись 1, дело № 05-17.
Национальный состав и владение языками, гражданство. Итоги Всероссийской переписи населения 2010 г. в 11 томах. Т. 4 в 3 кн. М.: Статистика России, 2012. С. 212.
Сведения о преподавании иностранных языков, углубленном изучении отдельных предметов и профильном обучении на начало 2012/2013 учебного года. Федеральное статистическое наблюдение. Форма № Д-8.


 

Г. А. Дырхеева

ЯЗЫКОВЫЕ ПРИОРИТЕТЫ РУСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ: СИСТЕМА ОБРАЗОВАНИЯ

(Языковая политика и языковые конфликты в современном мире. — М., 2014. — С. 101-107)

http://www.philology.ru/linguistics4/dyrkheeva-14.htm