Добродомов — Венгерское ругательство в эпистолярии Батюшкова

Помимо латинизмов, итальянизмов, галлицизмов и прочего в языке батюшковской переписки есть и более экзотические вкрапления, в частности даже венгерские (по крайней мере одно). В письме Гнедичу от 30 октября 1813 г. Батюшков рассказывает другу о приключившейся с ним трагикомической истории: Въ эту поЬздку со мной былъ странный случай. Я Ьхалъ съ казакомъ, какъ обыкновенно. Миновавъ нашу армію и примкнувъ къ Бениксоновой, я пустился далЬе — къ принцу. Вотъ подъЬзжаю къ деревнЬ (Бениксонова армія уже кончилась); проЬзжаю деревню, лЬсъ и вижу нЬсколько батальоновъ пЬхоты; ружья сомкнуты въ козлы, кругомъ огни. МнЬ показалось, что это Пруссаки; я — къ нимъ. «ГдЬ проЬхать въ шведскую армію?» «Не знаю», отвЬчалъ мнЬ офицеръ во французскомъ мундирЬ, — «здЬсь вы не проЬдете». «Но какое это войско?» спросилъ я, показавъ на окружающихъ меня солдатъ, которые вокругъ меня толпились и пожирали глазами незнакомца. «Мы — Саксонцы». «Саксонцы!» Боже мой! Саксонцы, подумалъ я, блЬдняя, какъ нЬкто надъ святцами, такъ я заЬхалъ самъ въ плЬнъ! И, не говоря ни слова, поворотилъ коня назадъ, размышляя: если поскачу, то они дадутъ по мнЬ залпъ, и тогда прощай, ГнЬдичъ! И птички для меня въ послЬднее пропЬли. НЬтъ, лучше шагомъ, — авось они меня примутъ за Баварца, за Италіянца, хуже — за Француза, если хотятъ, только не за Русскаго. Сказано — сдЬлано. «Что съ вашимъ благородіемъ сдЬлалось, какъ платъ поблЬднЬли», сказалъ мнЬ мой казакъ, — «ужли это непріятель?» «Молчи, уродъ!» отвЬчалъ я ему на ухо. ОтъЬхалъ нЬсколько шаговъ и встрЬтилъ австрійскаго офицера. «Ради всЬхъ моравскихъ, семигорскихъ, богемскихъ, венгерскихъ и кроатскихъ чудотворцевъ, скажите мнЬ, что это за войско, какіе Саксонцы, гдЬ я, и куда вы Ьдете?»… «Бассамтарата тарара!» вскричалъ мой Венгръ. «Это Саксы, что вчера передались съ пушками и съ конями». (Батюшков 1886, 237-238) В существующих комментариях весь этот пассаж, и в том числе загадочное Бассамтарата тарара!, остается без пояснения. По-видимому, восклицание австрийского офицера большинству читателей представляется звукоподражательной глоссолалией, передающей «варварскую» речь на непонятном автору языке. Однако такая интерпретация справедлива только отчасти: бессмысленной тарабарщиной является лишь заключительный отрезок фразы (<…>тарата тарара), тогда как ее начальная часть (бассам<…>) — это настоящее венгерское слово baszom ‘futuo’, с которого начинается матерное ругательство baszom az anyad(at) ‘matrem tuam futuo’. Кстати, это же венгерское ругательство в разных русских написаниях — басе мазенята (пасе мазепято) и басамазенята (Гоголь 1938, III: 280, 303, 576) — появляется в двух фрагментах неоконченного романа «Гетьман» (1830-1832): писатель оба раза вкладывает его в уста польских кавалеристов. В речи этих персонажей многократно встречается также характерное венгерское междометие терем-те-те! (teremtette!) ‘фу, черт!’, ‘черт возьми!’ (1938, III: 279, 280, 302, 305, 307), которое Гоголь впоследствии использовал как гусарское в комедии «Игроки» (1949, V: 91; см. Baecklund 1954; Kiparsky 1961) [1]. Еще одно гоголевское ругательство венгерского происхождения — бранное слово фетюк (θетюкъ), которым Ноздрев награждает зятя Мижуева и Чичикова (Гоголь 1951, VI: 76-77, 81, 209). Вопреки объяснениям самого Гоголя [«θетюкъ слово обидное для мужчины, происходитъ от θ, буквы, почитаемой нЬкоторыми неприличною» (1842, 145 примеч. *; 1951, VI: 77 примеч. *) [2], это слово, как и синонимичное ему фатюй, по всей видимости, следует возводить к венгерскому fattyú ‘внебрачный ребенок’ (см. Орел 1988, 152; Добродомов 1995).

Примечания

  1. Весьма вероятно, что именно под влиянием этого междометия Лесков (1958, 288) в духе народной этимологии переделал французское creme de the ‘чайный ликер’ в тремтете («Отборное зерно», 1884). Можно предположить и непосредственную связь лесковского словечка с гоголевским: чуть ниже на страницах того же рассказа упомянут Утешительный из гоголевских «Игроков» (Лесков 1958, 293) — тот самый персонаж, в реплике которого впервые на протяжении пьесы прозвучало гусарское теремтете!
  2. Забавно, что один из героев В. Даля сплошь заменял букву «фертъ θитою, потому-что ф была, по мнЬнію СтахЬя, буква вовсе неблагопристойная» (1839, 148).

Литература

Батюшков, К. Н.: 1886, Сочинения, Со статьею о жизни и сочинениях К. Н. Батюшкова, написанною Л. Н. Майковым, и примечаниями, составленными им же и В. И. Саитовым, С.-Петербург, т. III: Письма.

Гоголь, Н.: 1842, Похождения Чичикова, или Мертвые души: Поэма, Москва.

Гоголь, Н. В.: 1938-1951, Полное собрание сочинений, [Москва — Ленинград], т. III, V, VI.

Даль, В. И.: 1839, ‘Бедовик’, Отечественные записки, т. III, № 5, отд. III, 136- 245 (подпись: В. Луганскій).

Добродомов, И. Г.: 1995, ‘Ноздревское слово фетюк’, Русский язык в школе, № 3, 75-78.

Лесков, Н. С.: 1958, Собрание сочинений: В 11 т., Москва, т. 7.

Орел, В. Э.: 1988, ‘[Рецензия на книгу:] L. Hadrovics, Ungarische Elemente im Serbokroatischen, Budapest 1985’, Вопросы языкознания, № 2, 150-152.

Baecklund, A.: 1954, ‘Was bedeutet «teremtete» bei Gogol?’, Scando-Slavica, t. I, 103-105.

Kiparsky, V.: 1961, ‘Ungarisches bei Gogol’, Scando-Slavica, t. VII, 61-63.