12Мар/17

Русинский язык

Русины (самоназвание — руснаци) — небольшая (примерно 30 тыс. чел.) этническая группа, проживающая в Югославии, в некоторых районах Воеводины и Хорватии; главное средоточие русин — села Руски Керестур и Коцур, культурные центры — Руски Керестур, Нови Сад, а также Вуковар. Русинский язык (сами русины называют свой язык «руски язик», а русский — «росийски» или «велькоруски») — пример славянского языка ограниченного распространения, микроязыка.

12Мар/17

Тынянов Ю. — Заметки о Грибоедове

    Автограф стихотворения Грибоедова «Давид» был до сих пор неизвестен, равно как неизвестна дата его написания. Во всех собраниях сочинений Грибоедова стихотворение печаталось по первопечатному тексту («Мнемозина», часть 1, М., 1824, стр. 24—25). Найденный среди бумаг В. К. Кюхельбекера автограф стихотворения позволяет точно установить текст Грибоедова, очистив его от редакторских изменений, с которыми он до сих пор печатался, а находящееся на том же листке письмо Грибоедова к сестре позволяет уточнить дату его написания.
Автограф представляет собой четвертку белой бумаги (19?23 сантиметра) с водяными знаками А. Б. Ф. 1822 года. На первой и второй страницах тщательно, каллиграфически написанный Грибоедовым беловой текст стихотворения с размашистой концовкой. В автографе имеется ряд карандашных поправок Кюхельбекера. Его же рукой проставлена под стихотворением подпись А. Грибоедов. Листок был сложен вчетверо и на первой верхней доле 4-й страницы имеется сопроводительное письмо Грибоедова сестре Марии Сергеевне, с просьбой переслать стихотворение Кюхельбекеру. Там же — следы карандашной записи адреса рукой Кюхельбекера: «В доме Алексеева», в Садовой, возле…»

12Мар/17

О чем ты воешь, ветр ночной?

Литературоведческое прочтение художественного текста можно считать предварительно состоявшимся при условии логоцентрического совмещения авторского высказывания и авторского переживания, при условии их смыслового взаимооправдания, в чем собственно и заключается анализ произведения. И в этом плане наиболее проблемным представляется стихотворение «Silentium!», в котором манифестируется отчуждение слова и мысли и содержится суггестивный призыв к исихазму. Правда, в нем и заключен почти не скрываемый логический капкан: если мысль изреченная есть ложь, то и само стихотворение Ф.Тютчева об этом – тоже ложь. Однако самим фактом своего существования оно преодолевает зазор между мыслью и словом и тем самым завершает обсуждение предложенного афоризма. Но проблема остается. Равно как и другая тютчевская проблема – «как слово наше отзовется», сформулированная в стихотворении-инвективе «Нам не дано предугадать…». Если произвести логическую верификацию авторской мысли в этом стихотворении, то опять же, как и в предыдущем случае, обнаружится парадокс.

12Мар/17

Романтический персонализм, или типологическое содержание романтического сознания в понятиях «жизнелитературы»

Постмодернизм, содержащий в себе установку на игровой диалог с классической культурой, засвидетельствовал тем самым завершенность целой литературной эпохи. В терминологическом следовании за С.Аверинцевым, назвавшим период от античности до романтизма «эпохой рефлективного традиционализма», всю постклассицистическую эпоху можно именовать эпохой рефлективного персонализма. Ее содержание обусловлено парадигматическим сдвигом в основном гносеологическом назначении сознания – воспроизведении мирового единства, и, прежде всего, связей между самим сознанием и бытием. Суть этого сдвига можно сформулировать следующим образом: рефлектирование сознания в контексте всеобщей жизни сменилось рефлектированием всеобщей жизни в контексте сознания.

03Мар/17

Гурвич — Любовная лирика Ахматовой

Судьба распорядилась так, что периоды ахматовского творчества оказались не только отчетливо разграниченными, но и разделенными полосой редко нарушаемого молчания: первоначальный (ранний) период захватывает немногим более десяти лет (конец 900-х — 1922 г), следующий, поздний начинается с 1936 года и длится примерно три десятилетия. Воспринимается наследие поэта как единое целое, обладающее сквозными эстетическими измерениями; с другой стороны, между двумя основными слагаемыми наследия очевидны немаловажные различия. Они — и в предметном содержании словесно-образных комплексов, и во внутренних их связях, и в организации отдельного стихотворения. И если выделить стихи о любви, об интимно-личном, если идти притом от ранних произведений к поздним, то сопряжение постоянного и переменного даст себя почувствовать с особой отчетливостью.Ахматова вошла в литературу, более того, художественно утвердилась под знаком любовной темы. Ее первые пять сборников, от «Вечера» (1912) до «Anno Domini» (1921), расположены на одной тематической линии, составляют почти однородный массив — отклонения от однородности немногочисленны.

23Фев/17

Расхождения с оригиналом в переводах ХХХ оды Горация, выполненных с академической целью

В русской литературе нам известно девять переводов 30-ой оды Горация, выполненных с академической целью. Под переводами, выполненными с академической целью, мы подразумеваем такие тексты, в которых автор ставит своей задачей не создание самостоятельного художественного произведения, но ознакомления читателя с переводимым автором. К таким переводам относятся тексты А.Х. Востокова, Н.Ф. Фоккова, Б.В. Никольского, В.Я. Брюсова (1913 г., 1918 г.), А.П. Семёнова-Тян-Шанского, Н.И. Шатерникова, Я.Э. Голосовкера, С.В. Шервинского.Из этих девяти переводов пять текстов не имеют названия, два стихотворения — А.Х. Востокова и Н.Ф. Фоккова — имеют название, идентичное заглавию оды Горация: «К Мельпомене» («Ad Melpomenen»).

23Фев/17

Подражания тридцатой оде Горация в русской литературе

Темой моей работы является традиция в русской литературе, порожденная тридцатой одой Горация Ad Melpomenen. В зависимости от того, какую цель преследовали поэты, тексты можно разделить на две группы: подражания и переводы. Переводы, в свою очередь, также распределяются на две группы: выполненные с академической целью и выполненные с художественной целью. Подражаниями мы называем здесь текст, сохраняющий поэтическую идею оригинала, но передающий личное мировоззрение создателя

подражания. Академическим переводом мы называем передачу на другом языке содержания оригинала с максимальным сохранением его формы. Художественным переводом мы называем передачу на другом языке содержания оригинала в форме, наиболее соответствующей
эстетическим представлениям переводчика.

10Фев/17

Австронезийские языки

Австронезийские языки — одна из крупнейших семей языков. Распространены на Малайском архипелаге (Индонезия, Филиппины), полуострове Малакка, в некоторых южных районах Индокитая, в Океании, на о. Мадагаскар, о. Тайвань. В центральной части ареала австронезийских языков расселены также папуасоязычные народы; ряд малоизученных языков смешанного папуасско-австронезийского происхождения пока не может быть обоснованно отнесен ни к австронезийским языкам, ни к какой-либо семье папуасских языков. Количество австронезийских языков около 800, число говорящих около 237 млн. чел. До 60-х гг. 20 в. австронезийские языки часто называли также малайско-полинезийскими, но позднее этот термин стали применять к подразделению внутри семьи. Высказывались гипотезы об отдаленном родстве австронезийских языков с языками других семей, однако ни одна из них не была достаточно обоснованной. Сходство австронезийских языков с аустроазиатскими языками проявляется в основном в типологии, что скорее всего объясняется древними контактами, но не родством. Между австронезийскими языками и кадайскими языками нет выраженного типологического сходства, однако обнаруживается известная материальная близость, что говорит о возможности родства между этими семьями.

10Фев/17

О соотношении исконных и заимствованных элементов в системе японского языка

Хорошо известно, что языки оказывают то или иное влияние друг на друга; эти явления приводят к различного рода изменениям в языковой системе. Процесс языкового контакта и изменения в языке, им вызываемые, неоднократно исследовались советскими и зарубежными языковедами [1]. Процесс изменений, происходящих в одном языке под влиянием другого, может изучаться в различных аспектах. Наряду с изучением этого процесса в историческом развитии интерес, как нам кажется, представляет и изучение его результата, т. е. того, как в системе того или иного языка распределяются между собой исконные и заимствованные элементы, какие особенности они имеют. Некоторые ученые отрицают возможность синхронного описания исконных и заимствованных элементов ввиду того, что при таком описании многие заимствованные единицы ничем не будут отличаться от исконных [2].

10Фев/17

Диалекты восточной и западной ветвей и их роль в японском обществе

По традиционной классификации диалектов, основанной на принципах, разработанных Тодзё Мисао и наиболее полно изложенных им в монографии «Нихон хо:гэнгаку», диалекты японского языка принято делить на две группы, включающие в себя многие другие диалекты: диалекты основной части Японии, т. н. «хондо хо:гэн», и диалекты о-вов Ркжю. Диалекты основной части могут быть разделены на следующие ветви, или подгруппы: диалекты восточной части о-ва Хонсю, диалекты западной части о-ва Хонсю и диалекты о-ва Кюсю. Последние в давние времена входили в одну группу с западными диалектами, но впоследствии выделились в самостоятельную ветвь. На протяжении всей истории развития японского языка восточные и западные диалекты как бы противостояли, оказывались противоположными друг другу. Восточные и западные диалекты кардинально различаются по многим признакам — фонетическим, грамматическим, лексическим. Прежде всего, восточные и западные диалекты характеризуются различными типами ударения.

10Фев/17

Анализ актуального употребления категорий вежливости японского языка

Вежливости и особой группой лексем, выражающих социально-личностные отношения. Окуяма Масуро (1) отмечает, что классифицировать вежливый язык как явление строго грамматическое представляется невозможным из-за множества исключений. Поэтому в японском языке выделяют грамматический и лексический аспекты вежливости. Но при этом выделение осложнено их тесной взаимосвязью, когда семантика слова может накладывать ограничения на использование грамматических форм, а грамматические категории, в свою очередь, влияют на актуальный выбор лексических средств [1]. Примером служит невозможность употребления вежливых гоноративных лексем в форме повелительного просторечного наклонения, с одной стороны, и служебное использование ряда глаголов в конструкциях категории директива, с другой. В последнем случае происходит семантическая компенсация грамматических и лексических элементов благодаря использованию лексических средств для выражения грамматического значения [2].

09Фев/17

Влияние корейского языка на процесс формирования японского языка

Проблемой родства корейского и японского языков ученые стали заниматься еще более трех веков тому назад. Правда, вплоть до 1945 года в Японии этой проблемой занимались достаточно мало в связи с тем, что правящими кругами насаждалась теория “божественного происхождения японской нации”, которая отрицала саму возможность существования каких-либо родственников. В 1717 году Араи в своей книге “Восточные вкусы” приводил сравнение двух языков, а в конце 18 века Фудзихара Сёгухацу выдвинул теорию родства японского и корейского языков. Эти работы, посвященные исследованиям родства двух языков, часто ограничивались поверхностным сравнением схожих по произношению слов из лексического запаса корейского и японского языков, не обращая внимания на другие закономерности. С начала 20 века изучение корейско-японских языковых связей учеными Японии было в основном направлено на доказательство происхождения корейского языка от японского, что отражало тенденциозность исследований, соответствующих той политике, которую проводила Япония в отношении Кореи. Наиболее представительными учеными, занимавшимися в довоенный период исследованиями в области корейско-японских языковых связей, являлись Канадзава Сёнабуро, Симмура Идзуру, Огуру Симпэй.

09Фев/17

Ономатопоэтические слова японского языка в функции экспрессивной характеристики человека и их системные связи

Японский язык обладает огромным количеством ономатопоэтических слов, которые часто употребляются в повседневой речи японцев и в языке художественной литературы, представляя одну из характерных особенностей японского языка.

Как и во многих других языках, ономапоэтические слова японского языка тяготеют к звукам «первичного» образования и в большей части своей имеют повторяющуюся основу (мукумуку — «копошение», гарагара — «тарахтение», хисохисо — «шушукание», мэсомэсо — «хныкание»). Ономатопоэтические слова японского языка, по мнению Н.И. Конрада «дают представление о чём-нибудь в виде живого образа, т.е. пополняют понятийное содержание речи образным. Это может касаться самых различных сторон восприятия» [4, c. 170].Одни такие «слова» вызывают слуховое представление, (горогоро — «раскат грома», савасава — «шелест листьев»), другие — зрительные представления (пикапика — «блеск молний», дзиродзиро — «пристальный взгляд») и др. Входя в состав предложений, такие единицы грамматизируются и превращаются в определённую часть речи, например становятся глаголами (тэкутэку аруку — «тащиться», уроуро суру — «слоняться», гягя наку — «визжать», хисохисо ханасу — «ворковать»), прилагательными (уяуясий — «покорный», кудакудасий — «нудный», нарэнарэсий — «развязный», модзямодзя-но — «нечёсанный»), наречиями (хэтохэто-ни цукарэру — «устать до смерти», кудэнкудэн-ни ёу — «опьянеть до чёртиков», кусякуся-ни нару — «ершиться», ойой-то наку — «горько рыдать»).

09Фев/17

О невербальном аспекте устной коммуникации русских и японцев

Цель статьи: дать краткий обзор исследований невербального аспекта коммуникации японцев в сопоставлении с русскими о России и в Японии (подведение итогов двадцатилетней истории изучения вопроса в обеих странах); 2) выявить общий круг проблем невербальной межкультурной коммуникации русских и японцев; 3) провести попытку сравнительного системного анализа жестово-мимических средств японцев и русских. (Под русскими здесь, из соображений удобства, подразумеваются все россияне, считающие своими русский язык и культуру.)

09Фев/17

О мужском и женском вариантах японского языка

Существование различий в языке мужчин и женщин отмечается многими исследователями, но почти не существует более или менее подробного описания таких различий в каком-либо языке. Недостаточно изучен этот вопрос и в общелингвистическом плане. Среди немногих ученых, останавливавшихся на этой проблеме, следует назвать О. Есперсена [1] и Л. Блумфилда [2].

Оппозиция мужских и женских вариантов представляет собой, по всей вероятности, древнейший тип дифференциации языка. Можно предположить, что она существовала уже на ранних этапах развития человечества, будучи связанной с разделением труда между полами.